Дорогие  друзья!

Я рада приветствовать вас на сайте "Союза Пенсионеров Подмосковья"!

Мы, пенсионеры - самая сплоченная и умудренная жизненным опытом часть населения страны.

И где бы мы ни жили - в селах или городах нашей горячо любимой России, нашего Подмосковья - мы не стоим в стороне от общественной жизни страны и региона.

Мы объединяем всех, кто неравнодушен и заинтересован в защите прав и интересов пенсионеров Москвы и Подмосковья, кто делает нашу жизнь богаче и полновесней.

На страницах этого сайта вы найдете полезную информацию о нашей с вами организации и ее работе. Вы узнаете адреса и телефоны региональных органов власти, зададите вопросы и оставите свои комментарии.

Верю, что наши встречи на этой страничке, на газетной полосе газеты «Третий возраст» и на наших мероприятиях будут регулярными.

 С уважением,


                                                                                                                                                                                                                         Председатель Правления  
 
Ольга Маркова

 "ДЕТИ ВОЙНЫ" - ДАВАЙТЕ ПОГОВОРИМ
 

Несколько последних лет в российском обществе активно обсуждается деятельность Общероссийского общественной организации «Дети войны», направленная на принятие законов о  льготах соответствующей категории населения. Проекта Закона «о детях войны» был внесён на рассмотрение в  качестве поправок к Федеральному Закону «О ветеранах».  Принятие его было приостановлено в связи с тем, что за прошлый год в Государственную Думу внесены ещё несколько проектов закона, так или иначе касающихся поколения детей войны. Подобная ситуация, конечно же, свидетельствует о том, что общество ещё окончательно не определилось в отношении присуждения отдельного статуса достаточно большой в численном  выражении категории населения - людям, рождённым с 1928 по 1945  годы, чьё детство пришлось на «сороковые-роковые». Поэтому мы сегодня попробуем проанализировать опыт других стран в этом направлении. А  также проведем мини-мониторинг мнений представителей других льготных и поколенческих категорий населения России.

Сначала, конечно, следует дать слово самим «детям войны» - поколения, которое выжило не благодаря, а вопреки обстоятельствам: «Во время войны мне было 3 года, жили в Кировоградской области. Приход немцев ощутили сразу, в нашем доме добровольно-принудительно поселили немецкого офицера. А мы с бабушкой, как «радушные хозяева», были вынуждены переехать в погреб. Но добротный каменный погреб не раз спас нам жизнь, став бомбоубежищем – жили-то фактически на линии фронта несколько месяцев.  То, что ели, и пищей назвать нельзя. И когда нынешние чиновники сегодня задаются вопросом, а что героического могли сделать  «дети войны» в их младенческие лета, я могу ответить, что просто выжить в таких условиях для трёхлетнего ребёнка – уже геройство! Советские фронтовики были хотя бы вооружены и стояли на армейском довольствии…».

Это лишь одно из многих-многих воспоминаний тех, чьё детство оказалось навек опалено войной. Тех, кто выжил вопреки всему в условиях, когда выжить было невозможно. Те, кто после войны поднимал страну из разрухи до космических высот… Дети войны, не вооружённые и не стоявшие на военном довольствии! Хотя стоит, наверное, выслушать мнение одного из тех, кто был вооружён и стоял на армейском довольствии. Предоставим слово ветерану-фронтовику, в этом году отмечающему 95-летний юбилей, награждённому орденом Красной Звезды, орденами Великой Отечественной войны, медалью Маршала Жукова, медалью «За взятие Будапешта» и т.д., члену Союза писателей России Илье Семёновичу П.: «Многие годы уже смотрю, как по мере удаления от войны полнится список льготников войны. Блокадники, труженики тыла, теперь вот дети войны… Кто следующий? Могу предложить льготную категорию «Женщины войны». Ведь тыл фактически выстоял на женских плечах!». Слегка растерявшаяся от слова фронтовика, я пытаюсь оппонировать словами советского поэта: «Из одного металла льют // Медаль за бой, медаль за труд!». «Металл-то один, медали – разные! – отвечает Илья Семёнович и добавляет, - А всё это началось ещё тогда, когда крутили кадры военной кинохроники, показывая, как  торжественно, с цветами и объятьями, встречали в 1945 году вернувшихся с войны солдат. А кого встречали-то? Банщиков, штабников, писарчуков…Мы-то, окопники, регулярные войска, на Родину в СССР вернулись вовсе не в победном мае 45-го года. А гораздо позже. Одни остались в Германии в составе оккупационных (так нас официально назвала тогдашняя власть!) частей, другие поехали за восток, воевать с Японией… Когда мы, непосредственные победители, регулярные части, возвращались домой, никто нас с цветами на перронах не встречал. Потому я и всегдна не удивляюсь, когда изредка захожу в местный комитет ветеранов войны. Сидят там мужики дюжие, куда как моложе меня. Ни у одного нет ни одной боевой награды, только юбилейные медали. Зато ведут себя так, словно это они, а не я, гнил в окопах под шквалом пуль под Секешвехерваром. Ещё бы! Они труженики тыла!»

Преклоняясь перед боевым прошлым моего собеседника, тем не менее приведу слова пожилой «труженицы тыла», без которой, согласитесь, наша Победа тоже была бы неполной. В годы Второй мировой войны ей было 13 лет. И она работала на патронном заводе в волжском городке Чапаевск, где и доселе, спустя многие годы после пресловутой «конверсии», хранятся немалые запасы патронов. Вот что она вспоминала о своей работе в тылу на благо фронту: «Я была так мала, что для того, чтобы доставать до станка, мне мастер подставлял под ноги ящик. И работала со взрослыми женщинами наравне, мужиков-то не было, на фронте. Я свои льготы заработала взрослым трудом в малом возрасте, а не тем, что родилась перед войной или во время войны…Хотя власти, конечно, виднее!».

Конечно, список льготных категорий в трагической истории России можно  множить и множить. Только вот нужно ли? Не способствует ли это нагнетание общественного внимания то вокруг одной категории населения, то вокруг другой, некому расколу среди людей пенсионного возраста? И не только пенсионного! Если брать в качестве льготной основополагающей возраст и поколенческую принадлежность, то имеют прагматическую основа слова одного молодого человека, родившегося в самом начале «лихих-девяностых», в эпоху «дикого рынка»: «Нашему поколению надо льготы давать! Тем более, что нас  катастрофически мало, родились во времена демографической ямы в России. А предстоит нам кормить большую армию пенсионеров. А вот у нас в перспективе пенсия если и будет, то уже в том возрасте повышенном, что до неё вряд ли кто доживёт из «детей дикого рынка».  У нас в отличие от предыдущих советских поколений нет и не было  реального права на бесплатное образование, жильё, медицину. Редкие представители нашего поколения «детей дикого рынка» - герои уже потому, что выжили, не спились, не снаркоманились, а стараемся работать и учиться…».

Можно было бы улыбнуться неожиданному сопоставлению тягот «детей войны» с тяготами «детей дикого рынка», если бы не суровые цифры, которые язык не поворачивается назвать статистикой. У нас в России что  ни поколение – то своя трагедия! Эти печально красноречивые цифры приводит  доктор экономических наук А.Первышин. Оказывается убыль мироного населения в «мирном» 1991 году, начале «лихих-девяностых», вполне сопоставима с военными потерями «сороковых-роковых».  Только в за один год в российской армии погибли и изувечено более ста тысяч человек. Ещё более потрясают потери 1991 года на «гражданке»  – 673 тысячи человек (почти миллион наших сограждан!)! Убито 32 тысячи человек. Покончили с собой 61 тысяча человек. Пропали без вести 100 тысяч! В 1991 году умерли от отравления 40 тысяч человек, утонули ещё 40 тысяч, сгорели при пожарах 42 тысячи, разбились при падении 13 тысяч, погибли на производстве 15 тысяч и т.д. Значение этих цифр «мирного 1991 года» становится ещё страшнее, если сравнить их с потерями гражданского населения во времена Великой Отечественной войны! И я не удивлюсь, если спустя несколько десятилетий о своих правах на льготы обоснованно заявят «дети дикого рынка».

Но вернёмся всё-таки к людям, которых в 2005-2006 годах в России объединили в категорию «детей войны". Конечно, пример Израиля, где эту категорию населения приравняли к ветеранам войны и потребовали от Германии соответствующих выплат для них, заставляет задуматься о том, что данный вопрос вряд ли является исключительно российским-внутриполитическим.  Подливает масла в огонь,  конечно, и передовой (они действительно были первыми!) опыт украинских законодателей. Согласно Закону Украины "О социальной защите детей войны", принятому в феврале 2006 года, к категории "дети войны" относятся граждане Украины, которым на момент окончания Второй мировой войны (2 сентября 1945 г.) было меньше 18 лет.  Закон Украины предусматривает в числе льгот право на преимущественное сохранение рабочего места при сокращении численности или штата работников; использование очередного отпуска в удобное для них время; получение дополнительного отпуска без сохранения зарплаты сроком до двух недель в год; выплату пособия по временной нетрудоспособности в размере 100% средней зарплаты независимо от стажа работы; первоочередной отвод земельных участков для индивидуального жилищного строительства, садоводства, огородничества;  бесплатный проезд всеми видами городского пассажирского транспорта, железнодорожным и водным транспортом пригородного сообщения и автобусами пригородных маршрутов в пределах области по месту жительства; право на 25% скидки при плате за пользование коммунальными услугами (газом, электроэнергией и т.д.) в пределах средних норм потребления и др.

Позже Верховная Рада Украины, продолжив радение о «детях войны», приняла в Закон "О внесении изменений в Закон Украины "О социальной защите "детей войны". Упомянутая выше статья 5 была дополнена новой социальной льготой. "Дети войны» получили право на стационарную медицинскую помощь в госпиталях ветеранов войны. Госпитализация проводится при соответствующих показаниях и при наличии свободных мест. 12 марта 2010-го Закон был подписан Президентом и вступил в силу . Однако на практике, похоже, сами украинские "дети войны" реально льгот так и не  ощутили. По Украине прокатилась весть о том, что положенные  льготы на оплату коммунальных услуг могут быть урезаны. Верховная Рада так порадела о своих «детях войны», что в итоге отказалась предоставить им  льготы за пользование сжиженным газом в домах с печным отоплением.

За период, прошедший с момента принятия этого популистского, не подкреплённого соответствующими финансами, закона украинское  государство недоплатило детям войны обещанные деньги. Каждый третий из «детей войны» вынужден был обратиться  в суд. По причине постоянного реформирования лишь треть подобных исков была удовлетворена, да и то   частично. Закон просто оказался финансово непосильным для госбюджета  Украины. Откладывая выплаты на потом, чиновники экономили, очевидно,  рассчитывая, что кто-то из "детей войны" не доживет, не каждый найдет в себе силы и возможности обратиться в суд, а кто-то просто не понадеется на  положительный результат. Так "дети войны" стали вынуждены обивать  пороги судов и инстанций, что, наслоившись на многие другие проблемы Украины, в итоге привело ко всему тому, что мы сегодня с прискорбием  наблюдаем в этой братской нам стране. Как говорится, полный стабилизец! Как говорится, ничто не обходится стране дороже, чем дешёвый авторитет законодательной и исполнительной власти.

А потому обсуждение закона о «детях войны» надо вывести из сферы  политических спекуляций и дешёвого пиара для оппозиционных партий, теряющих электорат, но при этом пытающихся сохранить лицо оппозиционеров даже в новых условиях консолидации российского общества. Да что там спекуляции! В Забайкалье пошли дальше! Появилось даже новое направление мошенничества, в котором преступники действуют под видом социальных работников, собирая денежные средства с населения под предлогом оказания помощи в сборе документов для получения субсидий «детям войны»! Региональная власть была вынуждена официально  предупредить жителей региона о том, что в Забайкальском крае выплаты «детям войны» законодательно не установлены, поэтому органы социальной защиты не ведут прием документов для оформления выплат и иных мер социальной поддержки, а уж тем более не проводят поквартирные обходы с целью сбора документов.

Пока кипят страсти, разум часто молчит. Пока политики, желая воюя за электорат, говорят, что у нас в стране ни много, ни мало 9  млн. человек, подпадающих под категорию «дети войны», мало думается о том, что порядка 90 процентов «детей  войны» уже по факту относится к одной из других льготных категорий - региональные или федеральные ветераны, труженики тыла, ветераны труда, инвалиды... Не надо думать, что активные  люди, чьё детство пришлось на «сороковые-роковые», всю последующую  жизнь застыли в статусе «деток». Они выросли, выучились, стали  прекрасными специалистами. Поколением «детей войны» фактически  построено послевоенное величие советской империи! И вполне естественно, что подавляющее большинство из них получает дополнительную пенсию или другую социальную выплату. По  действующему законодательству гражданин должен выбрать меру социальной поддержки по одному основанию. 

Но к самому большому сожалению, дискуссии по «детям войны» разделяют российской общество не только по поколениям и льготным категориям, по пиаро-партийным и прочим «сегментам». Нет порой единогласия по «детям войны» среди самих «детей войны». Вот что говорит одна из этой категории пенсионеров: «По возрасту и по факту нахождения на оккупированной территории мы с подругой моего детства де-юре равны. Но не де-факто!  Подруга жила с мамой и бабушкой, а я рано осиротела. Да, мы обе находились на оккупированной территории. Но я закончила институт, работала, получила звание ветеран труда. А подруга вышла замуж, всю жизнь прожила за мужем, когда он умер, получает пенсию за него. И как же мы будем равны в своих льготных правах? Хотя я и есть настоящая «дочь войны», т.к. мать у меня война забрала. А подруга была и во время войны дочкой своей мамы. Так что кому война, а кому – мать родна!».   


Так что вопрос о «детях войны» в общественном срезе выглядит не так уж однозначно. Чем и пользуются политики с пользой скорее для себя, чем для «детей войны». Радея на словах о тяжком военном детстве, некоторые партии весьма вольно относятся к разработке закона, который даёт им сиюминутную политическую выгоду. То проект закона одной от одной партии не содержит обосновательной пояснительной записки об источниках финансирования льгот детям войны. То другой проект другой партии приравнивает детей войны к труженикам тыла, что не соответствует ни по смыслу, фактически извращая сам статус – «дети войны». А в одном регионе, также популистски радея, «договорились» до проекта закона со следуюшими, весьма относительными, внеочередными льготными для «детей войны». Например, внеочередная установка телефона – это в то время, когда мобильные телефоны есть даже у детей, начиная с пятилетнего возраста. В чём тут льгота? Другой, предложенной регионом, «льготой» стал внеочередной приём в дом-интернет для престарелых. Как говорится, не дождётесь! Ещё  такая льгота – преимущество при вступлении в жилищный кооператив. Да были бы деньги, никаких преимуществ не надо!   

А между проблема такова, что освободить её от популистских и политических наслоений предстоит ещё учёным, историкам, общественным деятелям, чтобы общество могло не только задать, но и ответить на вопрос – кому же война, а кому мать родная?